Единая Россия» и глобальный кризис. Сможет ли партия большинства удержать свои позиции в дальнейшем?

ПРОНЬКО: 19 часов и 6 минут в Москве. Добрый вечер, меня зовут Юрий Пронько. На радио Финам FM – ежедневная интерактивная программа «Реальное время».
  Тема сегодняшней программы звучит так: «Единая Россия» и глобальный кризис. Сможет ли партия большинства удержать свои позиции в ближайшее время?». Мой компетентный собеседник – депутат Государственной Думы Российской Федерации, первый заместитель руководителя фракции «Единая Россия» Валерий Рязанский. Валерий Владимирович, добрый вечер.

РЯЗАНСКИЙ: Добрый вечер.

ПРОНЬКО: 730-73-70 – номер нашего многоканального телефона, finam.fm – наш сайт в интернете. Вы можете писать, вы можете звонить, высказывать свои критические, не критические замечания. Вы знаете, что эта программа без купюр и без цензуры, и Валерий Владимирович готов отвечать пусть даже на ваши критические замечания, критические вопросы. Единственная просьба: очень четко формулировать свою позицию, четко высказывать собеседнику свой вопрос и тогда получать компетентный, исчерпывающий ответ.
Валерий Владимирович, я хочу задать первый вопрос, который в эти дни меня очень сильно волнует. Смотрите, цена на сырье вообще и в первую очередь, на нефть за последние несколько дней пытается протестировать отметку в 60 долларов. Пока это не удается.

РЯЗАНСКИЙ: Да, мы знаем.

ПРОНЬКО: При этом в бюджете, если не ошибаюсь, у вас заложено: баррель нефти – 41 доллар.

РЯЗАНСКИЙ: Да, 41. В уточненной версии, которую мы недавно принимали – 41 доллар.

ПРОНЬКО: И может быть, Вы меня сейчас опровергнете, но у меня складывается такое впечатление – может быть, ошибочное – что в Российской Федерации есть группа достаточно серьезных людей, серьезных лоббистов, представляющих интересы углеводородных компаний, которые могут убедить того же премьера: «Давайте немножко подождем. Сейчас ситуация на мировом рынке вновь стабилизируется. Если не 147, как это было в середине прошлого года, но за 100 приблизимся или даже 70». И, в общем-то, разговоры о диверсификации, о реструктуризации экономики отошли на второй план. Может быть, я ошибаюсь. Скажите, по Вашему мнению – Вы представляете крупнейшую и фактически правящую партию сейчас в Российской Федерации – насколько обосновано такое положение?

РЯЗАНСКИЙ: Юра, я Вас понимаю, и действительно соблазн очень велик, когда добавляется кислород в дыхательных путях.

ПРОНЬКО: Деньги посыпались, да.

РЯЗАНСКИЙ: Вроде да, есть возможность передышать, отдохнуть и чуть-чуть перевести дыхание. Но это чрезвычайно опасно, так же, как когда возвращаешься с глубины на поверхность воды. Ни в коем случае допустить этого нельзя. У меня есть твердая убежденность в том, что правительство и та программа антикризисных мер, которая разрабатывалась с участием «Единой России», во многом корректировалась при участии «Единой России» – да надо сказать, и других партий тоже, замечания были достаточно веские и серьезные. Я думаю, что не дадут возможности расслабиться, план достаточно жесткий. Он жесткий по параметрам, по срокам, по приоритетам. И хочу напомнить, что одним из приоритетов как раз является очень твердая и жесткая оценка, связанная с модернизацией экономики. Это вызвано тем, что мы прекрасно знаем причины той болезни, которая захлестнула мир, в том числе, и не минула нас. И степень заболевания и глубина заболевания во многом зависит от развитости национальной экономики. Поэтому проблема, связанная с диверсификацией экономики, возможностью замещения экспортных отраслей на те отрасли, которые могли бы удержать рынок, в том числе и рынок внутреннего спроса и экспорта – это тема номер один.

ПРОНЬКО: Вы согласны, что соблазн такой существует?

РЯЗАНСКИЙ: Соблазн, безусловно, такой существует. И я думаю, что здесь должна сработать такая жесткая политическая воля. Мне кажется, что команда президент-Путин-правящая партия – это достаточно серьезный инструментарий политического руководства страны для того, чтобы удержать именно заданный курс. «Стратегия-2020» остается главным документом, по которому мы будем работать. А в тактическом плане – те 7-8 крупных очерченных приоритетов в антикризисной программе являются для нас программой действий. И мы, естественно, от этого отступать не собираемся. Да, появятся лишние, дополнительные деньги от экспорта, в том числе и за счет того, что мы сейчас увеличили экспортную пошлину. Все эти средства пойдут в Фонд благосостояния и в Резервный фонд. Это продолжение политики создания амортизационной подушки, которая сейчас крайне как нам потребовалась.

ПРОНЬКО: Валерий Владимирович, смотрите, сейчас такой скользкий вопрос задам, но попытаюсь, чтобы Вы откровенно на него ответили. В конце минувшего года, в начале этого года складывалось впечатление некоей растерянности у российских властей по тому, как кризис набирал свои обороты. И решения по девальвации, с одной стороны. С другой стороны, то, что мы видели макростатистику. Январь, февраль – страшные цифры падения промпроизводства. И я Вам честно скажу, в кулуарах мне говорили о том, что даже персонально нынешний премьер был растерян, что Владимир Путин не знал, кому верить. Потому что кошмарили со всех сторон. Кошмарили силовики, кошмарили бизнесмены своими проблемами и так далее. Вы можете честно сказать, на сегодняшний день есть такой разброд, что правительство, которое возглавляет лидер вашей партии, не знает, что делать? Хотелось бы откровенный получить ответ.

РЯЗАНСКИЙ: Абсолютно откровенный ответ: мы сейчас абсолютно не ощущаем никаких в данном случае разногласий в действиях правительства. И в данном случае я лишний раз смогу подтвердить, что на отчете правительства – это не был отчет премьера, это был отчет правительства. И по всем сегментам работы правительства – и по промышленной политике, и по социальной политике, и по развитию сельского хозяйства, по проблемам, связанным с образованием, наукой, здравоохранением – мы видели четкую и ясную картину и полное понимание премьера, как и лидера правительства, как и лидера правящей партии. Ясность по всем тем вопросам, которые ставит на сегодняшний день жизнь. Почему на первом этапе создалось впечатление, что реакция на кризисные явления, которые появились в нашей стране, в определенной степени была неадекватной, казалось бы? Во-первых, я не думаю, что вообще был человек в мире, который способен был дать глубокую оценку того, что происходило и что могло еще дальше происходить, с точки зрения развития кризисных явлений. Такого рода кризисные ситуации...

ПРОНЬКО: То есть, сложно было спрогнозировать.

РЯЗАНСКИЙ: Конечно! Да просто невозможно. Давайте возьмем за априори: невозможно определить масштабы этого, будем говорить так, стихийного бедствия. Неуправляемость этих процессов и в инженерных дисциплинах изучается, и в любых других. Это как химическая реакция, в достаточной степени сложно управляемая. Найти рецептуру, подобрать антикризисную методику. Я считаю, что правительство начало с самого главного. Оно не допустило коллапса и закупоривания финансовой кредитной системы. Прежде всего, наверное, финансовой системы. Я, будучи руководителем большого предприятия в 98-м году с большим и денежным оборотом, и с большим коллективом в 8 тысяч человек, прекрасно понимаю, что такое закупоривание финансовой системы. Страшнее этого для действующих предприятий придумать просто ничего невозможно. Это не будешь ходить каждый день с коробкой денег наличности для того, чтобы приобретать товарные ресурсы, запасные части, инструментарий, и так далее, и так далее. Оплачивать коммунальные платежи. Это бедствие. Поэтому первым делом на вызов кризиса совершенно правильно, адекватно было принято решение – сохранить финансовую систему. Тем более что мы ее пока не считаем абсолютно развитой, конкурентной. Я хочу обратить Ваше внимание и наших слушателей, что мы до сих пор не принимаем решений о допуске иностранных банков на нашу территорию.

ПРОНЬКО: Это связано именно с недоразвитостью. Резко звучит, но фактически это так.

РЯЗАНСКИЙ: Фактически так. Считайте, что этот инструмент финансового регулирования в нашей стране должен еще и еще развиваться. Нельзя сравнивать их с такими крупными гигантами и банковской системой мировой. И в этой связи на первом этапе удалось справиться. Вопрос другой: та помощь, которая была выдана государством банковской всей системе на первых порах – это такой, знаете, собес, или это, все-таки, кредитные ресурсы, которые выдают? Ответ простой. И Путин подтвердил, и президент подтвердил: это кредитные ресурсы, которые придется возвращать. Нас действительно возмущало то, что многие банки действительно заработали на курсе доллара, росте курса доллара достаточно большие прибыли. Сумели выплатить необоснованно высокие – в социально справедливом контексте необоснованные – бонусы. Но еще раз говорю: это все остается все-таки в рыночных условиях на совести самих менеджеров. Тут вопрос другой: надо ли принимать какой-то сейчас более жесткий закон по ограничению? Но, по крайней мере, для тех государственных корпораций, и для тех банков, которые имеют большую долю в государственных ресурсах, я думаю, что правомерно будет через советы директоров ограничивать эти выплаты. И, наконец, надо говорить о том, что программа антикризисных мер очень широко обсуждалась. Я свидетель того, как было несколько волн обсуждений антикризисной программы в регионах. Я побывал в Орле, в Брянске, в Пскове, в Белгороде, в Самаре. И везде там, где мы собирали наш актив, мы глубоко обсуждали темы антикризисной программы. И очень много было замечаний с мест и предложений, которые потом аккумулировались и преобразовались в те 55 дополнительных замечаний и предложений, которые мы передали в правительство.

ПРОНЬКО: То есть, это реально было? Такой диалог, такая дискуссия?

РЯЗАНСКИЙ: Да, это реально. Конечно. Например, предложения, связанные с увеличением объема выручки предприятий, относимых к малому бизнесу. Сейчас порядка 20 миллионов этот объем. Мы настаивали на том, чтобы это было 100. Правительство, просчитав все свои экономические возможности, – потому что это связано и с налогообложением – предложило остановиться на цифре 60 миллионов. Это уже хороший шаг вперед. Вопросы, связанные со снижением административного давления на малый и средний бизнес. Мы приняли совершенно недавно закон, который ограничивает количество проверок. И более того, внеплановые проверки только через решение прокурора. То есть, те меры, которые обсуждались и предлагались в качестве дополнения, уже нашли свое реальное воплощение в программе. Не все предложения из 55 прошли, да, пока не все. Но мы еще не говорим о том, что и кризис преодолен. Поэтому какие-то меры – и сама антикризисная программа является документом, в который можно вносить изменения.
  Это живой материал, это документ, который подлежит пересмотру или дополнению в случае изменения ситуации, и в этом-то его сила.

ПРОНЬКО: Мы сейчас буквально на несколько секунд прервемся, а затем продолжим общение в «Реальном времени» с первым заместителем руководителя фракции «Единая Россия» в нижней палате Федерального собрания Валерием Рязанским.

ПРОНЬКО: 19 часов 19 минут – время в Москве. Это «Реальное время» на радио Финам FM, и сегодня у меня в гостях депутат Государственной Думы, первый заместитель руководителя фракции «Единая Россия» Валерий Рязанский. А тема программы звучит так: «Единая Россия» и глобальный кризис. Сможет ли партия большинства удержать свои позиции в ближайшее время?» Можете звонить, можете писать, finam.fm – сайт, 730-73-70 – это номер телефона. Ваши вопросы, ваши комментарии, замечания, без купюр и без цензуры. Такая уникальная возможность – поговорить с одним из руководителей парламентской фракции «Единая Россия». Я Вам зачитаю несколько писем.

РЯЗАНСКИЙ: Пожалуйста.
ПРОНЬКО: Только не обижайтесь.
РЯЗАНСКИЙ: Нет, нет.
ПРОНЬКО: Они, в общем-то, корректные достаточно и отображают, по-видимому, мнения определенной части российского населения. Первое письмо. Игорь написал: «Единая Россия» – это не политическая партия» – сейчас, секунду. «Это не политическая партия, а, – я цитирую письмо, – сборище номенклатурщиков, попавших в Думу через доверие народа к «национальному лидеру». И, в общем-то, это доверие не оправдавшее. Не может быть ничего хорошего в том, что важные политические решения принимаются кулуарно, одним человеком».
  Смотрите, Игорь считает вот так. Что вы – партия карьеристов, или, как он написал, номенклатурщиков, которые собрались под имя конкретного человека, Владимира Путина. И, соответственно, сам Владимир Путин, по его суждению, принимает кулуарно решения. Ваш комментарий?

РЯЗАНСКИЙ: Я хочу обратить внимание Игоря на то, что Владимир Владимирович Путин принял решение стать лидером партии значительно позже, чем сама партия организовалась. То, что он всегда выказывал поддержку тем процессам формирования партийной структуры «Единой России», внимательно за ней смотрел, корректировал где-то, подсказывал и где-то жестко критиковал, с точки зрения попадания в партию тех или иных личностей – это, безусловно, нам помогало становиться на ноги, как партии, постепенно набирающей свой политический вес. Нет таких партий, которые возникают в течение одной минуты и тут же приобретают политический потенциал. На это требуются годы. Кстати, «Единой России» уже 10 лет. Это все-таки серьезный политический стаж в новой, современной России. Я хочу напомнить, что нашей Конституции было не так давно 15 лет. Поэтому говорить о том, что мы уже полностью состоявшаяся политическая партия, которая отвечает всем требованиям, современным реалиям, мне представляется, что было бы просто самоуверенным заявлением. Партия постоянно совершенствует свою работу, партия постоянно растет, болезни роста есть у любой партии, нет таких партий, которые не имеют недостатков в своей работе.

ПРОНЬКО: Слушайте, а внутри партии существуют дискуссии?
РЯЗАНСКИЙ: А вопрос в том...
ПРОНЬКО: Жесткая, допустим, дискуссия?
РЯЗАНСКИЙ: Вопрос в том, как партия может самосовершенствоваться? Только через дискуссионную работу внутри.
  У нас (в ЕР - прим.ред.) есть три политических клуба, которые внутри осуществляют дискуссионную работу.
  Мало того, вы можете сказать, что тоже не очень злые дискуссии там происходят. Наверное, это так.

ПРОНЬКО: Не знаю. К сожалению, публичности в этом нет.
РЯЗАНСКИЙ: Там нет дискуссий, да, которые доводят до выплескивания соком или водой. Но для партии, которая уже сейчас имеет три достаточно разных политических течения внутри партии дискуссионных – это говорит уже о многом. Более того, многие клубы нашли свое продолжение в регионах, и они имеют различную модификацию. Но регионы, таким же образом, переняли этот опыт центра для того, чтобы дать возможность оспорить те или иные идеи. Например, не так давно мы обсуждали достаточно плотно и жестко проблему единого государственного экзамена. Действительно, мы подверглись серьезной критике в ряде случаев и анализу предложенных Министерством высшего образования методик, измерительного инструментария, так называемых билетов конкурсных. Мы достаточно серьезно изучили ситуацию и мнения общественных организаций, представляющих студенчество. Организовали множество встреч, круглых столов. И надо отдать должное, что на последнем Правительственном часе, когда министр уже выступал по проблемам усовершенствования системы образования и, прежде всего, отвечал на вопросы по ЕГЭ, мы обратили внимание, что количество проблем, с которыми мы столкнулись ранней весной и в прошлом году, обсуждая эти темы, и то, что сейчас уже на финише происходит – значительно меньше. То есть, тема сама по себе вышла уже на ту финишную прямую, когда мы можем говорить: «Вопрос к оппозиции. А почему вы, критикуя ту или иную ситуацию, тот или иной законопроект, то или иное действие, не принимаете столь активного участия в обсуждении рабочих материалов? Тех, с которыми всегда сложнее работать». Очень легко на Правительственном часе красиво задать вопрос под телекамерами. После этого журналисты, наверное, за тобой будут толпой бегать. Но при этом, месяц серьезной, вдумчивой работы в регионах, сбор мнений педагогов, завучей школ, директоров школ, родительских комитетов, общественности, которая работает с педагогическим сообществом.
  В конце концов, ребята, будущие абитуриенты, сами студенты, которые не имели возможности раньше попасть ни в один столичный ВУЗ, теперь попадают. Почему во всем этом, достаточно рутинном, трудном процессе, оппозиция не принимает участия? Ответ...

ПРОНЬКО: В этой студии неоднократно звучали мнения: потому что у «Единой России» жесткая партийная дисциплина, и голосование происходит очень жестко: как сказано, так и проголосовали.

РЯЗАНСКИЙ: Любая партия должна ориентироваться на такую дисциплину. Я не верю тем партиям, которые не обеспечивают внутреннюю дисциплину. Внутри спорим, выход на решение – спорим. Как только решение принято – дальше должна работать партийность.

ПРОНЬКО: Валерий Владимирович, Вы все-таки ответьте мне на вопрос, который так дискуссионно задает Игорь. Роль так называемого национального лидера? Мне, честно говоря, это...

РЯЗАНСКИЙ: Она велика.

ПРОНЬКО: Мне не нравится это! Зачем из Путина делают Ким Ир Сена? Зачем?

РЯЗАНСКИЙ: Она велика в силу того, что происходило с Россией в последние годы. Это объективная реальность, это сложившаяся ситуация, и это, в некотором смысле, благо для России, что так произошло.

ПРОНЬКО: Простите меня, можно ли тогда сформулировать таким образом? Я сейчас обострю вопрос. Люди, которые сейчас находятся в парламенте, в той или иной степени обязаны Владимиру Путину своим положением нынешним, прохождением в Думу и так далее. Я думаю, Вы понимаете, на самом деле, о чем я Вас спрашиваю.

РЯЗАНСКИЙ: Я думаю, что это плод совместной работы, а не только плод работы одного Путина. Ни в коем случае с этим согласиться нельзя. Его роль в становлении партии, его роль во всех процессах, которые происходят в России, безусловна. Об этом говорят его рейтинговые показатели. Но лидер тоже опирается на ту силу, которая находится рядом с ним. И если бы мы не могли быть тем проводником идей, быть тем коммуникатором с населением, с гражданским обществом, если бы мы не опирались в своей работе на очень широкий круг сторонников, вряд ли бы национальный лидер выбрал нас в качестве силы, с которой можно работать, взаимодействовать и самое главное, добиваться реального и политического, и экономического результата.

ПРОНЬКО: Давайте еще я Вам зачитаю несколько сообщений с сайта finam.fm. Александр пишет: «Я не представляю, как может существовать огромная страна с колоссальным потенциалом за счет зарубежного сырья. В качестве примера приведу молочную отрасль, – то есть, здесь очень прикладные комментарии и вопросы. – Миллионы гектаров земли находятся в простое, когда могли быть засеяны под корма, пастбища, в результате иметь своё молочное хозяйство, не зависеть от зарубежного порошка. А у нас ни поголовья скота, ни собственной кормовой отрасли. В результате литр непонятной, мертвой жидкости белого цвета с громким названием «МОЛОКО» стоит 50 рублей. Стыдоба, да и только», – добавляет Александр.

РЯЗАНСКИЙ: Александру надо отвечать по правде, как это происходило. Александр, мы столкнулись с ситуацией, которую получили в наследство. И в начале 2000-х годов, когда только-только появились центристские силы в парламенте и вообще в политической жизни нашей страны, тема развития промышленного сектора стала ключевой. И если Вы объективно подойдете к оценке и роли тех действий, которые совершены после фактически полного развала села, Вы увидите, что реальные сдвиги в этом есть. Я их буду просто называть. Создан специальный банк, который так и называется – «Россельхозбанк». Его задача – финансировать, кредитовать сельхозпроизводителя. На сегодняшний день услугами «Сельхозбанка» воспользовались 400 тысяч юридических и физических лиц, которые берут кредиты под свои программы работы на селе. Количество миллионов гектар нераспаханных земель значительно сократилось. На примере Курской области: из миллиона гектар, миллиона двести гектар пашни, которая не обрабатывалась, остались десятки гектар – или, может быть, несколько сотен гектар.

ПРОНЬКО: Такой прикладной пример? Конкретный регион.

РЯЗАНСКИЙ: Например, если Белгородскую область я и не беру, это в определенной степени не эталон, там ни одного гектара невозделанной пашни нет.

ПРОНЬКО: Там губернатор такой, очень интересный, господин Савченко...

РЯЗАНСКИЙ: В Брянской области, например, половина уже распахана из того клина, который десять лет не обрабатывался. В Калужской области – 70% уже обработано. В Тверской области, наверное, поменьше. Там, наверное, процентов 40 обрабатывается. Все зависит еще от эффективности самой земли. Так вот, возвращаясь к теме обработки земли. Это понятно, но земле нужен эффективный собственник. Вы помните, что одним из первых указов президента было наделение правом долевой собственности каждого крестьянина и каждого живущего на селе? Независимо, работал ты в поле, или ты работал библиотекарем, или истопником в сельском клубе. И после того, как эти доли были разбросаны, собрать их в один пул, сделать собственником будущего эффективного землепользователя – очень непростая задача. Поэтому мы видим в данном случае свою задачу в том, чтобы «Сельхозбанк» сумел финансировать все эти программы. Это, во-первых.
  Поголовье скота у нас стало увеличиваться. Для этого мы профинансировали в очень приличных объемах молочное животноводство.
  Тема это непростая, очень трудоемкая. Она требует несколько лет, порядка 4-5 лет выхода на какой-то эффективный результат.

ПРОНЬКО: То есть, другими словами, «Единая Россия» как парламентская фракция создает условия?

РЯЗАНСКИЙ: Обращаю ваше внимание, что на 15 миллионов у нас повысилось поголовье свиней, и программа свиноводства очень интенсивно пошла. Езжайте в области, смотрите. Несколько свинокомплексов, которые я посетил в Брянской области, в Курской области. Недавно был в Псковской области. Это действительно западные абсолютно технологии, технологии «под ключ». Недавно был в Курской области, смотрел опыт выращивания мясного скота под открытым небом. Западная, канадская технология, полторы тысячи бычков под открытым небом совершенно четко перезимовали, прекрасно себя чувствуют. Надо еще заниматься этими новыми технологиями. И я хочу сказать, проблема кадров здесь играет, чуть ли не первостепенную роль. Так что здесь не все так плохо, как Александр говорит. Относительно молока и молочного продукта мы приняли технический регламент. И теперь производитель обязан: там, где написано «Молоко», в этом пакете должно быть молоко. Там, где порошок – там должно быть написано «Молочный напиток».

ПРОНЬКО: Первый заместитель руководителя фракции «Единая Россия» в Государственной Думе Валерий Рязанский сегодня у нас в «Реальном времени». Мы продолжим диалог после новостей.

ПРОНЬКО: 19 часов и практически 35 минут в российской столице. Это «Реальное время» на Финам FM. Первый заместитель руководителя фракции «Единая Россия» Валерий Рязанский сегодня у нас в гостях. Для тех, кто в эти минуты присоединился к аудитории Финам FM, напомню тему программы: «Единая Россия» и глобальный кризис. Сможет ли партия большинства удержать свои позиции в ближайшее время?»
  Кстати, очень много дискуссий идет на тему осенних региональных выборов. Ваша партия после весенних как себя чувствует? Уверенно, или, что называется, замельтешили?

РЯЗАНСКИЙ: Нет-нет-нет, никакого мельтешения нет. Есть абсолютно трезвый анализ и абсолютно четкий анализ прошедших выборов. Мы получили в среднем за весеннюю кампанию 66% поддержки, это высокая поддержка избирателей. Она говорит о стабильности, и здесь у нас никакого головокружения нет. Почему? Потому, что есть в этой кампании и более сильные стороны, есть и более слабые, например, это муниципальная составляющая выборов. Это говорит о чем? Что, проведя серьезный анализ, мы просто должны сделать для себя выводы, где нам нужно усиливать работу с избирателями. Куда идти, в какие сегменты гражданского общества? Где мы не доработали, где мы попытались, может быть, проехать на старом ресурсе, где уже в условиях кризиса нельзя организовывать работу партии так, как она была организована в условиях, когда нефтедоллары спокойно...

ПРОНЬКО: То есть, Вы считаете, что на осенних выборах вам поддержка будет оказана?

РЯЗАНСКИЙ: Я уверен, что поддержка будет оказана. Тем более что в основном выборы будут идти в муниципальных образованиях. Мы всего в двух субъектах федерации будем избираться, в Марий-Эл и в Тульской области это будут законодательные собрания. В остальных регионах это в основном муниципальные выборы.  
  Это выборы городов. Это очень знаковые города. Например, в Тверской области – выборы мэра города Вышний Волочек. Это один из крупнейших городов области. Выборы мэра Южный Сахалинск, город Курган, город Салехард – это выборы, которые нельзя проигрывать.

ПРОНЬКО: Смотрите, Валерий Владимирович, мы сегодня откровенно с Вами говорим. Очень часто «Единую Россию» обвиняют – именно обвиняют – в использовании так называемого административного ресурса. Скажите честно, вы его используете?

РЯЗАНСКИЙ: Я бы, знаете, как на этот вопрос ответил – он часто задается. Вы знаете, на прошедших в весеннюю кампанию выборах в органы власти разных ступеней избиралось порядка 12 тысяч человек. Количество кандидатов, которые были выдвинуты партиями, было порядка, наверное, с коэффициентом 2. Так вот, из 20 с лишним кандидатов, выдвинутых от партий, от всех четырех партий, представленных в парламенте, семьдесят с лишним процентов – это кандидатуры, которые выдвигались «Единой Россией». То есть, порядка 14 тысяч кандидатур выдвигали мы. Если посмотреть, сколько выдвигали коммунисты, сколько выдвигали «Справедливая Россия», и сколько выдвигали ЛДПР, то это приблизительно оставшиеся 40%, деленные на троих. Если мы выдвигаем большую часть кандидатов, то вполне естественно, что у нас значительно большее количество шансов. Поэтому в данном случае, отвечая на вопрос об административном ресурсе, я хочу отвечать так, и буду отвечать так: ищите причину в наших организационных и мобилизационных возможностях в каждом субъекте и в каждом муниципалитете. Потому что «Единая Россия» доходит в своей структуре первичных отделений до каждого избирательного участка.
И вопрос в том, как мы работаем на этом избирательном участке.

ПРОНЬКО: Но согласитесь, вы можете столкнуться, и, скорее всего, сталкиваетесь с проблемой действительно карьеристов, которые к вам идут, может быть, не по политическим убеждениям, а понимая, что «Единая Россия» просто выиграет любые выборы.

РЯЗАНСКИЙ: Это удел любой политической партии, которая находится у власти. К сожалению...

ПРОНЬКО: А как тогда фильтровать?

РЯЗАНСКИЙ: Фильтровать через систему – так называемое слово, я не хочу это применять, праймериз – но, наверное, через систему оценки эффективности каждого кандидата. Для этого существует местное отделение партии, для этого существует первичное отделение, для этого существует региональное отделение партии. Каждого кандидата надо просеять через это сито известности, популярности, известности в своей среде. Надо сделать так, чтобы на этот список реагировали разные категории избирателей. Чтобы в этом списке был и врач, чтобы в этом списке был тот, кто представляет интересы интеллигенции, кто представлял бы интересы военных, там, где высока категория избирателей военных. Чтобы там были представители бизнеса, чтобы там были представители образования. То есть, каждый должен найти своего представителя во власти, который делегируется партией. Поэтому доверие к таким спискам будет выше. Задача партии – найти таких лидеров общественного мнения, которые готовы отражать интересы этих слоев гражданского общества.
ПРОНЬКО: Смотрите, на последних парламентских выборах – я имею в виду, в Государственную Думу – у вас в списке, как-то в тройке, была одна фамилия. Одна фамилия – это Путин Владимир Владимирович. Человек, который не является, фактически, членом партии «Единая Россия».

РЯЗАНСКИЙ: Но он – председатель партии.

ПРОНЬКО: Но он председатель партии. Я не беру во внимание процедурные так называемые вопросы. Валерий Владимирович, если завтра господин Путин посчитает ненужным – так сложилась жизненная ситуация, и человек решил выйти, оставить пост председателя партии «Единая Россия». По Вашему мнению, партия сможет продолжить столь успешные предвыборные кампании?

РЯЗАНСКИЙ: Партия, безусловно, продолжит избирательную кампанию, продолжит борьбу.

ПРОНЬКО: То есть, все-таки партия не персонифицирована на Путине?

РЯЗАНСКИЙ: Партия, безусловно, продолжит борьбу. Будет ли столь внушительным успех в данном случае, как Вы говорите, без Путина…

ПРОНЬКО: Да, при таком раскладе, если Путин отходит в сторону?

РЯЗАНСКИЙ: Наверное, результат может быть другим. Но еще раз говорю, партия в любом случае сохранит достаточно высокий потенциал, и без сомнения будет работать на этом политическом пространстве.

ПРОНЬКО: Я почему Вас спрашиваю – Вы даже лучше меня знаете, что, к сожалению, так сложилось, в России формировались все эти годы партии, так называемые вождистские. Есть лидер харизматичный, причем это могут быть и либералы, и демократы, а может быть и либерал-демократы – в данном случае это очень характеризует, ярко иллюстрирует сложившуюся парламентскую систему. И, как правило, если что-то с лидером происходило – «Яблоко» пример, господин Явлинский отошел в сторону, и партия утухла по большому счету. С другой стороны, были попытки, когда несколько сопредседателей у тех или иных политических организаций. Сегодня «Правое дело» заявило, что, скорее всего, будет единоначалие. То есть, опять отказываются. Не знаю, чем у них это дело закончится. «Единая Россия» – не вождистская партия?

РЯЗАНСКИЙ: Нет, все-таки...

ПРОНЬКО: Это не проект под Путина?

РЯЗАНСКИЙ: Я думаю, что все-таки это не партия одного вождя. Мне кажется, что
Владимир Владимирович очень как раз ценит те демократические установки внутри партии, которые на сегодняшний день и созданы, и продолжают развиваться.
  И требования, которые сейчас предъявляются и к качеству рядов, и к качеству кандидатов, которых мы выдвигаем во власть. И я хочу обратить ваше внимание на кадровое пополнение, на кадровый резерв. Насколько тщательно и скрупулезно проходил на этом этапе отбор этих рядов кадрового резерва, которые на сегодняшний день уже отмечены партией как тот горячий резерв, который может быть использован в работе. Это дорогого стоит. И ведь эти институциональные изменения, эти принципы заложены самой партией. И Владимир Владимирович как раз очень внимательно нам рекомендовал следить за тем, чтобы эти принципы строго сохранялись, дискуссионность и, в том числе, и кадровое обновление.

ПРОНЬКО: Вы хотели бы, чтобы членом партии «Единая Россия» был президент нынешний Дмитрий Медведев?

РЯЗАНСКИЙ: Безусловно. Любая партия, безусловно.

ПРОНЬКО: Почему президент считает, что глава государства должен быть надпартийным? Как Вам представляется, с чем это связано?

РЯЗАНСКИЙ: Я был на встрече с президентом, когда «Единая Россия» встречалась с Дмитрием Анатольевичем. Вы знаете, он, наверное, исчерпывающий дал ответ, что все-таки президент, на сегодняшний день – это надпартийная политическая структура. И учитывая, что последний опыт как раз говорит о том, что Дмитрий Анатольевич как раз сейчас широко использует свои возможности надпартийного президента для того, чтобы воспользоваться точкой зрения разных политических партий. Он встретился с «Единой Россией», он встретился с коммунистами, он встретился со «Справедливой Россией». И каждой из этих политических сил он нашел те слова, подходы…

ПРОНЬКО: По-моему, он с ЛДПР тоже встретился.

РЯЗАНСКИЙ: С ЛДПР он будет встречаться, он сказал, что будет встречаться.

ПРОНЬКО: Валерий Владимирович, а Вы допускаете...

РЯЗАНСКИЙ: И каждой - я обращаю внимание - каждой партии, независимо от того, является она правящей или в оппозиции, он нашел и слова поддержки, одновременно и слова критики. И достаточно четко формулировал, и в ряде случаев жестко формулировал оценку тех или иных действий партии.

ПРОНЬКО: Сейчас мы будем общаться со слушателями. 730-73-70 либо finam.fm – это средства коммуникации радиостанции Финам FM. Напомню, у нас в гостях первый заместитель руководителя фракции «Единая Россия» Валерий Рязанский. Но прежде два моих небольших вопроса. Валерий Владимирович, Вы допускаете, что Дмитрий Медведев, нынешний глава российского государства может создать свой партийный проект?

РЯЗАНСКИЙ: Я не думаю, что это сейчас актуально.

ПРОНЬКО: То есть, это скорее «нет», нежели «да»?

РЯЗАНСКИЙ: Скорее, нет.

ПРОНЬКО: Скорее, нет. И еще один тогда вопрос по освещению деятельности средствами массовой информации работы «Единой России». Вы, когда видите, что на телеканалах – в первую очередь я, конечно, федеральные имею в виду – постоянно идет этот пиар, это позиционирование: «Единая Россия», «Единая Россия», «Единая Россия». И, в общем-то, все остальные так, между прочим, проскакивают. Вас не коробит? Как Вам такая ситуация с освещением деятельности партии?

РЯЗАНСКИЙ: А давайте возьмем примеры из жизни. Наверное, это лучше всего будет характеризовать ситуацию. Нам говорят, и часто мы слышим эту критику, и, по-моему, у президента оппозиционные партии говорили о том, что чрезмерное засилье «Единой России» не позволяет им развернуться в полную силу. Давайте посмотрим, какие последние решения принимались в Парламенте, в том числе и во исполнение положений послания президента. Регулярные встречи президента с партиями, независимо от того, правящие или они в оппозиции. Впервые отчет правительства – это тоже из послания. Снижение численного порога партии. Причем, внутри оппозиционных партий нет единства на этот счет. Кто-то говорит, что это плохо, а кто-то говорит, что это хорошо. Но абсолютно очевидно, снижение порога – это сейчас идет на развитие партийно-политической системы. Мы говорим о доступе к СМИ. Мы принимаем закон. И в данном случае, в этой части больше страдает «Единая Россия», если уж на то пошло, потому что по численному составу мы бы, чисто арифметически, могли бы претендовать на две трети эфира, которые выделяются под освещение деятельности. Если говорить о прохождении в Парламент тех, кто участвовал в выборах, и голоса за которых отдали избиратели, но они не набрали проходного барьера, я не говорю уже о 7 – о 5%. Это решение, которое тоже было продиктовано, и предложение продиктовано в послании президента, мы его реализовали. Это тоже развитие демократических институтов. Сбор подписей – тоже снижение порога с 200 тысяч до 120.

ПРОНЬКО: То есть, Вы считаете, что федеральные СМИ, федеральные телеканалы просто освещают работу парламента? И так уж получается, коль скоро «Единая Россия»…

РЯЗАНСКИЙ: Я бы не зацикливался только на освещении. Разве работу партии можно оценить только работой ее депутатов?

ПРОНЬКО: Валерий Владимирович, при всем моем уважении к Вам лично, все-таки вас много, я имею в виду «Единую Россию», именно на телеканалах. Я уж не знаю, как идут договоренности с Первым каналом, с ВГТРК – ладно, ВГТРК государственный, в конце концов, канал. Но вас очень много.

РЯЗАНСКИЙ: Хорошо. Давайте так. Кто из политических партий, будем говорить, так широко предложил аудитории наших граждан посмотреть интересные сюжеты, связанные, например, с Днем Победы? Что предложили коммунисты? Предложили коммунисты закрыть почти на три часа Тверскую улицу, все горожане возмущались, потому что ни пройти по городу, ни проехать, сплошные проблемы создали. Что предложила «Единая Россия»? Пожалуйста, вам сюжет. Мы поехали на Богородицкое поле под Вязьмой. Вязьма в этом году получила из рук президента грамоту о присвоении высокого звания Города Воинской Славы. На Богородицком поле создается новый мемориал. Мы поехали туда, и от имени депутатов нашей фракции заложили Аллею Памяти. Двадцать два депутата поехали туда. Мы провели встречи после этого с местным населением. Приехали в школу, приехали в учреждения социального обслуживания. Поехали в две агрофирмы. Приехали, пообщались на промышленном предприятии, в достаточно трудном положении которое находится. Встретились с предпринимателями и малым бизнесом. На обратном пути в Москву заехали в музей Юрия Алексеевича Гагарина, которому в этом году исполнилось 75 лет. Скажите, эту программу интересно осветить средствам массовой информации? Или лучше показать очередную манифестацию по Тверской?
  Дальше. Член Союза пенсионеров России, наш сторонник и помощник, в прямом эфире попросил у президента на тот памятник, который он охраняет, его пополняет, мемориал в Белореченске, в Краснодарском крае, попросил пушку времен Великой Отечественной войны. И президент через Министерство обороны дал указание дать ему эту пушку для мемориала.

ПРОНЬКО: Ну, хорошо. Хорошо.

РЯЗАНСКИЙ: Еще раз говорю, надо находить сюжеты из жизни, понимаете.
Когда мы на Богородицком поле встречаемся с людьми, родственники которых там находятся с помощью поисковых отрядов, – это сейчас в тысячу раз дороже, чем хождение в манифестациях,
понимаете.

ПРОНЬКО: Короткая реклама на Финам FM, а затем ваши четкие вопросы первому заместителю руководителя фракции «Единая РоПРОНЬКО: 19 часов 51 минута. Давайте ваши вопросы, реплики. 730-73-70 – телефон. finam.fm – сайт в интернете. Сможет ли «Единая Россия» удержать свои лидирующие позиции в ближайшее время? Алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер.
ПРОНЬКО: Да, добрый вечер. Представляйтесь, пожалуйста.
СЛУШАТЕЛЬ: Николай меня зовут.
ПРОНЬКО: Да.

РЯЗАНСКИЙ: Добрый вечер, Николай.

СЛУШАТЕЛЬ: У меня конкретный вопрос к вашему уважаемому гостю. Не секрет, что сейчас партия занимает основные и большинство позиций во всех эшелонах власти. В то же время, президент говорит об ужасающих размерах коррупции в этих же эшелонах власти. Сколько членов вы исключили за последнее время по данной статье?
ПРОНЬКО: Да, спасибо.

РЯЗАНСКИЙ: Численность, конечно, не назову, но достаточно большое количество было исключено. И, прежде всего, это касалось мэров городов, тех, кто себя запятнал, и такие исключения есть. Я думаю, что за последнее время это, наверное, порядка двух десятков человек.

ПРОНЬКО: Алексей из электрички пишет: «Единороссы очень похожи на КПСС, только в отличие от них, им глубоко наплевать на российский народ». Вот такая реакция, смотрите. «Ни одна программа их председателя»...

РЯЗАНСКИЙ: А КПСС...
ПРОНЬКО: Подождите. Алексей пишет: «Ни одна программа их председателя не выполнена, даже интернет по школам остановлен, им платить нечем. Программа жилья погибла» и так далее.

РЯЗАНСКИЙ: В какой школе остановлен интернет?

ПРОНЬКО: Не знаю, такая реплика.

РЯЗАНСКИЙ: Вы знаете, это очень...

ПРОНЬКО: Валерий Владимирович, я цитирую Вам письма, которые приходят.

РЯЗАНСКИЙ: Я понимаю. Чем мы отличаемся от КПСС? КПСС страну развалила. И несогласованность действий их элит привела к тому, что мы страну потеряли. И с большим трудом, в том числе, с
усилиями таких людей, как Путин, Медведев, в том числе и с тем политическим активом, который сейчас есть в стране, страну собрали по кускам. То, что мы были на грани гражданской войны, – это же совершенно очевидно.
ПРОНЬКО: Давайте идем дальше. 730-73-70 либо finam.fm. Ваши вопросы, ваши реплики. Алло.
СЛУШАТЕЛЬ: Алло.
ПРОНЬКО: Да, Вы в эфире. Как Вас зовут?
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Мое имя Иван.
ПРОНЬКО: Да, Иван.

РЯЗАНСКИЙ: Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Я хотел бы сказать, первое отмечу, что вы немножко уехали с темы кризиса, но ладно, как всегда, именно на себя. А второй момент: я считаю, конечно, что партия «Единая Россия» – это нужный, безусловно, элемент в жизни страны. Много полезного делает и хорошего. И нельзя только огульно критиковать. Но то, что используется административный ресурс, очевидно, даже невооруженным взглядом. Я лично проголосовал «против» потому, что это было просто уже чересчур, когда везде на выборах в Думу была «Единая Россия». То есть, я проголосовал только «против» потому, что это было чересчур очевидно. И, конечно же, люди, которые работают в «Единой России», используют Первый, Второй канал. Например, заместитель Эрнст занимается съездами «Единой России». Конечно, Первый канал будет показывать, почему нет-то? Всем, видимо, людям очевидно, что там работают ресурсы. Я думаю, что это несправедливо по отношению к другим партиям.

РЯЗАНСКИЙ: А сам показ съезда Вам нравится, Иван? Вот Вы видели.

СЛУШАТЕЛЬ: Нет, я считаю, что вы делаете правильно то, что вы пытаетесь технологию политическую американскую взять. И это правильное движение.

РЯЗАНСКИЙ: Наверное, да. Согласен.

СЛУШАТЕЛЬ: Нет, на самом деле, правильное, потому что ваша технология хороша, становится лучше. Но я считаю, что нужно давать другим сказать. Я считаю, что политической системе России необходим противовес «Единой России».

РЯЗАНСКИЙ: Конкуренция, конечно.

СЛУШАТЕЛЬ: Просто для пользы «Единой России», понимаете. А не создавать сателлиты типа «Справедливой России». Ведь мы все понимаем, не дураки, слава Богу, имеем высшее образование, и русские люди, ментальность-то понятна. Я «за» позитивное движение, я просто считаю, что нужно не погибнуть от самих себя, понимаете. То есть, не перестараться и давать другим движение. Потому что важно, чтобы политическая система, например, по принципу американской, была двуполярной. У нас она, все-таки, монополярная.

ПРОНЬКО: А Вы считаете, что американская политическая система – идеальная? Такой встречный вопрос.
СЛУШАТЕЛЬ: Нет, я не считаю, что идеальная.
ПРОНЬКО: Вы знаете, что там партии имеют такие крылья, которые даже не клубы, а это реальные разные группировки, абсолютно с разными политическими взглядами?
СЛУШАТЕЛЬ: Нам она не подходит, очевидно. Но очевидно, что нашей стране нужно другое слово. Слово, которое будет звучать, и к которому будут прислушиваться.
ПРОНЬКО: Понятно. То есть, «Единая Россия» может из-за себя, такой большой, и погибнуть, под своим же давлением, получается?
СЛУШАТЕЛЬ: Она может расколоться как-то.

РЯЗАНСКИЙ: Я абсолютно согласен с Иваном. Очень грамотная точка зрения, это действительно так. Я хочу обратить внимание на вчерашние слова президента Дмитрия Анатольевича, которые сказал на встрече с КПРФ, что мы обязаны просто иметь в политической системе два полюса. Мы просто обязаны! Это сохранит целостность государства, целостность системы.
  Это действительно так, тут с Вами трудно спорить, я согласен. Вопрос только, почему не появляется этот второй полюс? Видимо, его надо постепенно как-то взращивать, аккуратно, не давая здесь погибнуть каким-то здравым побегам. Но то, что мы не очень радуемся конкуренции, понятно. Но с другой стороны, прекрасно понимаем, что она должна быть.

ПРОНЬКО: А Вы допускаете такой вариант, что рано или поздно – или когда-то – «Единая Россия» может уйти в оппозицию? То есть, появится партия, которая вас одолеет, что называется.

РЯЗАНСКИЙ: Но этого не состоится в ближайшее время, но к этому надо быть готовым. Это законы политической жизни, это неизбежно может произойти.

ПРОНЬКО: Давайте еще послушаем. 730-73-70, алло!
СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте.
ПРОНЬКО: Представляйтесь.
СЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Светлана. Я согласна с предыдущим выступившим мужчиной в эфире. Я тоже считаю, что «Единая Россия», конечно, нужна как партия, и хорошо, что она есть. Но хотелось бы, конечно, иметь какую-то еще одну партию, понимаете, чтобы немножко был разброс мнений какой-то, и можно было выбирать. А тут получается, что мы голосуем потому, что больше не за кого голосовать.

РЯЗАНСКИЙ: Спасибо.

ПРОНЬКО: Такая реплика. Алло!
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте.
ПРОНЬКО: Добрый вечер. Как Вас зовут? Алло?
СЛУШАТЕЛЬ: Да.
ПРОНЬКО: Как Вас зовут? Представляйтесь.
СЛУШАТЕЛЬ: Алексей.
ПРОНЬКО: Алексей, выключайте приемник и общайтесь с нами по телефону.
СЛУШАТЕЛЬ: Я хотел сказать, что да, действительно, партия нужна. Нужна партия, которая будет объединять нас, государство, граждан, всех. Но, действительно, просто эти действия, которые были раньше, когда можно было зайти в интернет и в качестве подработки найти для студентов, поучаствовать в какой-нибудь манифестации от имени какого-нибудь «Яблока» или еще что-нибудь. Эти действия, которые были направлены на развал, эта демагогия со стороны компартии непонятная…

ПРОНЬКО: Слушайте, да, спасибо, Алексей. Просто у меня 2 минуты остается до конца эфира. В интернете, на finam.fm, у меня с точностью до наоборот реплики. А по телефону совершенно другие.

РЯЗАНСКИЙ: Спасибо Алексею, и Светлане, и Ивану. Мне кажется, эти оценки наиболее, что ли, требовательные, с одной стороны, к нам, чтобы мы не забывали о том, что мы не должны быть единственные. Но в том, что они за единство общества, за единство цели, за единство стратегии, но разными методами – это, мне кажется, аккумулированная точка зрения. За это я признателен нашим слушателям.

ПРОНЬКО: Вообще, конечно, я думал... Нет, я получил несколько иные мнения на finam.fm.

РЯЗАНСКИЙ: Безусловно, они могут быть и другими. Но я обращаю внимание, я взял сегодняшнюю повестку дня заседания Государственной Думы, которая в определенной степени отражает изменившееся положение вещей. Во-первых, у нас шесть комитетов Государственной Думы возглавляет оппозиция из 28. В общем, соответствует тем процентам, которые получили на выборах. Сегодня из 15 рассмотренных законопроектов – это немного, у нас сегодня достаточно был длинный Правительственный час – 2 закона, инициированных оппозицией были приняты. Два закона. А четыре закона, по которым оппозиция поддержала нас. Таким образом, сегодняшний КПД совместной работы – оппозиции и «Единой России» – почти 50%. Это очень высокий уровень слаженности.
  И во имя интересов государства, когда оппозиция работает не на развал, и не на голое критиканство, и не на голый популизм, а предлагает изменения, предлагает сюжеты, предлагает элементы развития. Те, которые вписываются в Программу-2020, которые действительно служат развитию социальной политики, финансовой политики, целостности государства, соблюдения его суверенитета и так далее. Здесь мы находим понимание.

ПРОНЬКО: Ну что ж, на этом мы завершим нашу сегодняшнюю программу. Для меня она прошла очень необычно. Я благодарю Валерия Владимировича за то, что Вы пришли к нам. Я надеюсь, эта наша вторая встреча – далеко не последняя. Будем обязательно общаться и с нашими слушателями.

РЯЗАНСКИЙ: Я с удовольствием буду приходить к вам.

ПРОНЬКО: Хочется верить – коль скоро, по крайней мере, те, кто дозвонился до студии, считают, что действительно, «Единая Россия» проводит не популистскую, а очень практическую политику – успехов! Успехов вам.

РЯЗАНСКИЙ: Спасибо.

ПРОНЬКО: Потому что от вашей деятельности много зависит в нашем обществе.

РЯЗАНСКИЙ: Да, я понимаю меру ответственности «Единой России», и не только в деятельности законодательных органов власти. Прежде всего, я вижу эту меру ответственности в работе на местах. Очень высокая заинтересованность, и очень высокий, достаточно критический спрос за все действия, которые мы производим, совершаем в своей работе.

ПРОНЬКО: Спасибо. Первый заместитель руководителя фракции «Единая Россия» Валерий Рязанский сегодня был в «Реальном времени».

http://finam.fm/archive-view/1062/